Правовое регулирование

В предыдущих статьях мы смотрели на Physical AI сквозь оптику этики, безопасности и экономики: из чего он состоит, какую ценность может создавать, как окупается и при каких условиях масштабируется.

Но чем ближе такие системы подходят к реальному миру — дорогам, производствам, больницам, городам и военной сфере, — тем важнее становится ещё один вопрос: по каким правилам они должны работать и кто несёт ответственность, если что-то пошло не так?

В этой статье мы рассмотрим:

• как вместе с развитием технологий искусственного интеллекта развивается правовое регулирование в области ИИ;

• что должно обеспечить регулирование; разные уровни правового регулирования: национальное регулирование, глобальное регулирование и саморегулирование;

• где эта тонкая грань между обеспечением безопасности технологии и ограничением её развития;

• каков статус разработки правового регулирования ИИ.

Приступим!

Экспансия ИИ: от научных разработок к интеграции в индустрииЭкспансия ИИ: от научных разработок к интеграции в индустрии

Технологии искусственного интеллекта вышли из лабораторий и уверенно захватывают процессы внутри бизнеса и общества. Увидеть это можно на цифрах принятия ИИ в разных индустриях согласно исследованию компании NVIDIA в 2026 году.

В этом же исследовании можно увидеть, что использование искусственного интеллекта повышает эффективность работы, снижает затраты, а значит, повышает успешность предприятий. Таким образом, получается, что искусственный интеллект обладает потенциалом, который определит вес страны на мировой арене и уровень комфорта её жителей.

Поэтому государства стремятся защитить своих разработчиков: лидерство в этой сфере сегодня определяет место страны в мировых рейтингах процветания.

С этой целью правительства принимают меры поддержки (доступ к электроэнергии, гранты на ИИ-проекты), внедряют системы искусственного интеллекта в собственные процессы.

Например, Центральный банк России использует нейросети при первичном анализе данных и аналитике, а Министерство обороны США заключило соглашение с компанией Anthropic, а впоследствии — с компанией Palantir об использовании их ИИ-разработок.

В Китае искусственный интеллект официально закреплён в Пятилетнем плане народного хозяйства и социального развития КНР как технология, критически важная для развития других отраслей.

Приземлим представление о перспективах ИИ на конкретный пример. Производители автономных автомобилей обещают в разы сократить смертность на дороге: робоводитель не устаёт, не отвлекается, его обзор постоянен на 360 градусов, что превышает человеческие возможности.

Если компании смогут доказать заявленную эффективность технологии, то будут достигнуты KPI по снижению смертности и степени тяжести травм в результате ДТП, о которых мечтают руководители всех стран.

Бенчмаркинг безопасности робоводителя Waymo

На корпоративной странице Waymo можно увидеть детальное сравнение эффективности робоводителя Waymo с человеком за рулём транспортного средства.

https://waymo.com/safety/impact/

Более того, развитые и многие развивающиеся страны хотят обладать технологическим суверенитетом. Определение технологического суверенитета может варьироваться.

В Европейском союзе эта дефиниция определяется как «базовые способность и компетенции государственной системы иметь надёжный доступ к технологии, которую она считает критически важной для своего функционирования, без какой-либо структурной, неконтролируемой зависимости от третьих стран».

Откуда цитата?

Из отчёта Science, Research and Innovation Performance of the EU (SRIP) 2024, глава 8, страница 430.

Поэтому необходимы национальные нейросети (как Алиса в России, Фалькон в ОАЭ или Мистраль во Франции), а также так называемые фабрики искусственного интеллекта, расположенные на территории государства.

Что такое ИИ-фабрика (AI Factory)?

ИИ-фабрика — это специализированная вычислительная инфраструктура, предназначенная для извлечения ценности из данных с помощью управления всем жизненным циклом ИИ: от сбора данных до обучения, тонкой настройки и высокопроизводительного вывода (inference).

Основным продуктом такой фабрики является «интеллект», измеряемый пропускной способностью токенов, который служит основой для принятия решений, автоматизации и создания новых ИИ-решений. Это определение предложено компанией NVIDIA.

В текущих же геополитических условиях доступ к продвинутым технологиям затруднён: органы экспортного контроля США не допускают продажи передовых чипов NVIDIA в ряд стран, включая Россию, Китай и многие другие.

ИИ меняет облик социальных и экономических отношений, но одновременно с этим учащаются инциденты неправомерного и злонамеренного использования технологии. Как только примеры недобросовестного использования ИИ или непреднамеренных ошибок приобретают массовый характер, государства создают новое регулирование.

Один из первых примеров нарушений был зафиксирован в 2022–2023 годах в рамках судебного дела в США, когда адвокаты использовали в деле вымышленный прецедент, сгенерированный ИИ. Или возьмём иск газеты New York Times к компаниям OpenAI и Microsoft за несогласованное использование их статей при обучении моделей, которые впоследствии компилировали выдачу из трудов авторов газеты. Или пример, когда голос актрисы Скарлетт Йохансон был использован для озвучивания голосового помощника Sky от ChatGPT в 2024 году.

Кейсы выше были разрешены с использованием существующего законодательства, но также есть примеры, когда новые технологии, в том числе Physical AI, требуют совершенно нового законодательства.

Такую необходимость ярко продемонстрировали автономные автомобили на дорогах общего пользования.

В 2025 году автономный автомобиль компании Waymo нарушил правила дорожного движения в Лос-Анджелесе, совершив на перекрёстке разворот в присутствии полицейских. В свою очередь полицейские не смогли вручить штраф в силу отсутствия водителя.

Ещё одна проблема — как оформить ДТП, если вторым участником движения является автономный автомобиль. Для гармоничного внедрения наземного автономного транспорта нужно переработать многие статьи Правил дорожного движения.

Государственное регулированиеГосударственное регулирование

Если посмотреть на мировой регуляторный ландшафт для ИИ, то правовое регулирование может:

• отсутствовать;
• быть фрагментированным благодаря узконаправленным регуляторным песочницам для цифровых инноваций;
• быть декларативным и мягким, предоставляя разработчикам большую свободу действий, как в Японии, Южной Корее, США;
• быть строгим и регламентирующим, как в Европейском союзе.

Ниже рассмотрим прямо противоположные подходы Европейского союза и Соединённых Штатов Америки в отношении регулирования технологий искусственного интеллекта и отдельно остановимся на правовом регулировании ИИ в Российской Федерации.

Европейский СоюзЕвропейский Союз

В последнюю категорию попадает Регламент Европейского союза 2024/1689 об установлении гармонизированных правил в области искусственного интеллекта, драконовский с точки зрения многих компаний индустрии. Содержательный документ на почти 200 страниц сопровождается приложениями и инструкциями по применению. Закон включает следующие положения (глава I, статья I, пункт 2 Регламента):

• гармонизированные правила размещения на рынке, ввода в эксплуатацию и использования систем ИИ в Союзе;
• запреты на определённые виды практики в сфере ИИ;
• специфические требования к системам ИИ высокого риска и обязанности операторов таких систем;
• гармонизированные правила прозрачности для определённых систем ИИ;
• гармонизированные правила размещения на рынке моделей ИИ общего назначения;
• правила мониторинга рынка, надзора за рынком, управления и контроля исполнения (правоприменения);
• меры по поддержке инноваций с особым акцентом на малые и средние предприятия (МСП), включая стартапы.

В том случае, если разработка с ИИ попадает в категорию высокорисковых, компании придётся раскрыть алгоритмы, используемые для обучения данных, пройти проверку третьей стороной, должен быть обеспечен мониторинг работы технологии со стороны человека.

Однако в мае 2026 года в результате напряжённых переговоров было решено перенести вступление в силу некоторых положений акта на 2027 и 2028 годы, а также вывести машиностроение из-под действия акта, поскольку для машиностроения существует детально разработанный пласт регулирования. Итоговые формулировки Регламента, таким образом, будут согласованы странами — участницами Европейского союза.

Общее регулирование вышеупомянутого европейского Регламента дополняется множеством приложений и актами. Один из ключевых актов — обновлённая Директива об ответственности за продукцию (Product Liability Directive — PLD 2024/2853).

Акт вступит в силу в декабре 2026 года и распределит фактическую ответственность за дефектную продукцию на территории ЕС. Эта Директива заменяет старую норму 1985 года (85/374/EEC), чтобы адаптировать законодательство к цифровой эпохе, искусственному интеллекту и экономике замкнутого цикла.

Отныне программное обеспечение признано продуктом независимо от способа его поставки: на физическом носителе, через облако или модель SaaS. Системы ИИ подпадают под действие Директивы, а их разработчики приравниваются к производителям.

Директива устанавливает иерархию ответственных лиц, чтобы пострадавший всегда мог найти ответчика в пределах ЕС:

• Производитель. Несёт основную ответственность за дефект продукта или его компонента. Производитель остаётся ответственным, если он сохраняет контроль над продуктом через обновления ПО или связанные услуги.

• Производитель компонента. Также несёт ответственность, если именно его дефектный компонент, включая софт, стал причиной ущерба.

• Импортёр и уполномоченный представитель. Если производитель находится за пределами ЕС, ответственность ложится на них.

• Fulfillment-провайдеры. Несут ответственность, если в ЕС нет ни импортёра, ни представителя производителя.

• Дистрибьюторы и онлайн-платформы. Могут быть привлечены к ответственности, если не смогут в течение месяца идентифицировать производителя или импортёра по запросу пострадавшего.

• Существенные модификации. Лицо, которое значительно изменяет продукт вне контроля оригинального производителя, само становится «производителем» и несёт полную ответственность за обновлённый продукт.

Новые правила применяются к продуктам, выпущенным на рынок или введённым в эксплуатацию после 9 декабря 2026 года. Стандартный срок предъявления претензий — 10 лет, но в случае скрытых травм он может быть продлён до 25 лет. Документ признаёт, что пострадавшим сложно доказать вину высокотехнологичных компаний из-за сложности систем, поэтому вводятся механизмы поддержки:

• Раскрытие доказательств. Суды могут обязать производителя раскрыть необходимую информацию и документы, если пострадавший представил достаточно фактов в пользу правдоподобности своего иска.
• Презумпция дефектности. Суд может предположить, что продукт дефектен, если ответчик не предоставил доказательства или если случай технически слишком сложен для обычного истца.

Если произошёл несчастный случай со смертельным исходом или тяжкими травмами, следствие в ЕС ищет конкретного человека, действия или бездействие которого привели к трагедии.

• Это может быть инженер или программист, если он сознательно игнорировал критические баги в системе безопасности или отключил функции SIL-контроля для ускорения работы.
• Это может быть руководитель предприятия, если он заставил сотрудников работать в зоне действия робота, зная, что датчики безопасности неисправны.
• Это может быть интегратор, если он установил робота с нарушением норм, например неправильно рассчитал дистанцию остановки.

Суммируя, Директива об ответственности за продукцию позволяет пострадавшему получить компенсацию от компании — достаточно доказать факт дефекта и причинно-следственную связь.

Но в случае серьёзных последствий параллельно заводится уголовное дело, чтобы выяснить, кто именно проявил преступную халатность. Степень ответственности будет определяться в зависимости от того, была ли это преступная небрежность, сознательное допущение риска или прямой умысел.

Расследование будет происходить в соответствии с национальными уголовными кодексами. Safety Integrity Level — сертификат Safety Integrity Level (SIL) защищает от тюрьмы только в том случае, если вы докажете, что соблюдали все процедуры, описанные в нём, и не вносили в систему самовольных изменений.

СШАСША

В США администрация президента Трампа вовсе отменила указ предыдущего президента Байдена и приняла летом 2025 года декларативный план о развитии технологии искусственного интеллекта.

В документе прямо прописано, что индустрия создаётся частным сектором и ему нужно оказывать инфраструктурную и законодательную поддержку. Необходимо отменить избыточное регулирование, а особенно рискованные технологии можно тестировать с помощью правовых песочниц — временного узконаправленного регулирования.

Интересно, что в самом документе (страница 9 Плана) говорится, что ИИ-технологии многообещающие, но даже разработчики не представляют в полной мере, как они работают. Поэтому федеральные органы уполномочены «инвестировать в прорывные решения в области интерпретируемости, контролируемости и отказоустойчивости ИИ».

Такое гибкое регулирование даёт преимущества американским производителям ИИ и компаниям, эксплуатирующим ИИ-продукты на территории США. К тому же в США развито страхование высокотехнологичных продуктов, что компенсирует риски возникающих ошибок технологий.

РоссияРоссия

Более подробно рассмотрим масштаб правового регулирования в отношении ИИ в России. В настоящее время действует несколько документов:

1. Законопроект «Об основах государственного регулирования сфер применения технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации» находится в разработке. Соответственно, правовые аспекты разработки, внедрения, использования и применения технологий искусственного интеллекта будут прописаны там, а нам останется им следовать, когда проект станет законом.
2. Отдельные индустрии, в которых применяется искусственный интеллект, могут регулироваться правовыми песочницами, которые официально имеют название экспериментальных правовых режимов (ЭПР). Россия находится в числе первых стран мира, которые ввели такой режим для автономных автомобилей, — ЭПР был принят ещё в 2022 году. Для запуска временного, но уникального регулирования потребовалось принять отдельный федеральный закон и Постановление Правительства. Компании «Яндекс», «Навио» («Сбер»), «КамАЗ» и другие получили возможность эксплуатировать автономные автомобили без водителя за рулём транспортного средства и без водителя в машине вовсе на определённых territorиях. До принятия ЭПР Правила дорожного движения не допускали такую возможность
3. В 2019 году была принята Национальная стратегия развития ИИ до 2030 года, а в 2024 году она была дополнена Указом Президента РФ «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации».
4. Кроме того, существует национальный проект «Экономика данных и цифровая трансформация государства», который также затрагивает вопрос развития технологии ИИ до 2030 года.

«Воплощённый» ИИ (Physical AI), который приобретает физическую форму, может быть подвержен дополнительному регулированию.

На робота, задействованного в тяжёлом производстве, могут распространяться законодательные требования, закреплённые для станков.

Автономные автомобили в настоящее время пользуются совместной с обычными авто дорожной инфраструктурой и обязаны соблюдать почти все положения правил дорожного движения.

Однако, в довесок к традиционному регулированию, усовершенствованный с помощью ИИ продукт требует инновационного регулирования, чтобы можно было определить правила работы ранее неизвестного устройства. Пример такого регулирования — ЭПР для автономных автомобилей, упомянутый выше.

СтрахованиеСтрахование

Обязательной частью регулирования может быть страхование. Доступные и гибкие страховые продукты упрощают внедрение новых технологий, а наличие сертификата SIL 2 или SIL 3 (Safety Integrity Level) существенно снижает страховую премию, иногда до 40%.

Получить сертификат безопасности можно, если продукт соответствует стандартам безопасности — например, стандартам безопасности для производителей промышленных роботов IEC 62061 и ISO 10218-1:2025. Больше об основах функциональной безопасности можно прочитать в соответствующей статье хендбука.

СаморегулированиеСаморегулирование

В период, когда общее или узкоспециальное правовое регулирование ИИ-отрасли ещё не принято, очень важно, чтобы компании, внедряющие ИИ-технологии, сами принимали меры по снижению риска ненадлежащего использования их продукта.

C 2021 года в России действует Кодекс этики в сфере ИИ, инициированный самими IT-компаниями, сформировавшими одноимённый альянс. Кодекс представляет собой свод правил и рекомендаций для разработчиков, бизнеса и государства и базируется на шести принципах:

1. Главный приоритет развития технологий ИИ — в защите интересов и прав людей и отдельного человека.
2. Необходимо осознавать ответственность при создании ИИ и использовании ИИ.
3. Ответственность за последствия применения ИИ всегда несёт человек.
4. Технологии ИИ нужно применять по назначению и внедрять там, где это принесёт пользу людям.
5. Интересы развития технологий ИИ выше интересов конкуренции.
6. Важна максимальная прозрачность и правдивость в информировании об уровне развития технологий ИИ, их возможностях и рисках.

Этот кодекс важен как ориентир для компаний, государства и общества и носит рекомендательный характер. Руководствуясь этими рекомендациями и внутренними политиками, отдельные компании создают принципы безопасности своих продуктов. Пример такого поведения — разработка безопасности нейросети Алиса компании «Яндекс». Базовая безопасность Алисы включает этику поведения ИИ-помощника, защиту конфиденциальных данных, защиту данных и самих устройств с Алисой. Возьмём, к примеру, функцию «Фильтрация контента для детей». Если в настройках выбрать опцию «Понимать детей», то станция будет ограничивать выдаваемый контент в соответствии с категорией 18+ — дети не столкнутся с запрещённым контентом.

Массивный и впечатляющий комплекс по саморегулированию у Google охватывает принципы AI, Фреймворк безопасного ИИ, Политику в отношении запрещённых вариантов использования генеративного ИИ в совокупности с ежегодными отчётами о работе генеративных сетей компании:

• Отчётом о безопасности передовых моделей Gemini 3 Pro;
• Отчётом о прогрессе в области ответственного ИИ и так далее.

В январе 2026 года компания Anthropic опубликовала Конституцию своей модели Claude.

Летом 2023 года по инициативе OpenAI, Anthropic, Google и Microsoft было создано индустриальное экспертное сообщество в США — Форум моделей передового ИИ, к которому позже присоединились Amazon и Meta.

В рамках работы форума компании оценивают потенциальные риски для глобальной безопасности, которые могут возникать при создании продвинутых моделей.

Лидеры среди компаний — разработчиков AGI-агентов открыто призывают государство создавать институты для регулирования технологий искусственного интеллекта, но не заинтересованы накладывать на себя излишние ограничения, чтобы не лишать себя конкурентных преимуществ в мировой гонке.

Глобальное регулированиеГлобальное регулирование

Регулирование для технологий с искусственным интеллектом не будет ограничиваться национальным уровнем.

По мере того как ИИ будет проникать в отдельные отрасли, будут адаптированы международные правовые документы: конвенции и протоколы к ним, договоры, декларации и т. д.

Венская конвенция о дорожном движении 1968 года стандартизировала правила для водителей по всему миру. С появлением автономных автомобилей эта конвенция вынужденно дорабатывается силами рабочей группы по безопасности дорожного движения (WP.1) Европейской экономической комиссии ООН.

Цель изменений — юридически разрешить передачу управления от человека к автоматизированным системам вождения, а значит, сделать автономные авто с уровнем автоматизации 4 возможными к эксплуатации во всём мире.

Но, чтобы определить, кто виноват в ДТП, если машиной управлял алгоритм, — разработчик, владелец или автоматизированная система, — необходимо дополнить Правила ООН. В частности — технические предписания по сертификации автоматизированных систем. Эти правила определяют, как произвести функционально безопасный автомобиль.

В январе 2026 года Рабочая группа по автоматизированным/автономным и подключённым транспортным средствам (GRVA) официально одобрила проект первого в мире единого глобального регламента для систем автоматизированного вождения.

Регламент основан на принципе «Обоснование безопасности» (англ. Safety Case): производитель должен доказать, что робот водит не хуже «компетентного и осторожного человека». Ещё одно важное требование — установка чёрного ящика, системы хранения данных для автоматизированного вождения (Data Storage System for Automated Driving — DSSAD).

Если автономный автомобиль собьёт человека, то именно данные чёрного ящика будут использоваться в суде, чтобы понять, виноват ли софт (ответственность производителя) или водитель проигнорировал сигнал системы перехватить управление (ответственность человека).

Также в документе определены требования по кибербезопасности автономных транспортных систем (UN R155 и UN R156). Документ передан на финальное утверждение во Всемирный форум для согласования правил в области транспортных средств (WP.29) на сессию в июне 2026 года. В случае согласования технический проект GRVA превратится в юридически обязательный международный стандарт.

Воплощённый искусственный интеллект проникает в военную сферу, а значит, будут дополняться международные конвенции о правилах ведения войны, такие как Женевская конвенция. Могут появляться декларации о запрете применения этой технологии, по примеру запрета применения ядерного и термоядерного оружия.

Сейчас в ООН собрана Группа правительственных экспертов по смертоносным автономным системам вооружений (GGE LAWS — Lethal Autonomous Weapons Systems). В группу входят дипломаты, военные советники и технические специалисты из ограниченного числа стран, включая ключевых игроков: США, Россию, Китай, страны ЕС и других.

В рамках работы этой группы обсуждаются будущие международные законы, прежде чем они будут вынесены на голосование всему миру. В 2026 году группа представит финальный отчёт, который может лечь в основу реального международного договора.

Обобщая, можно сказать, что предлагается медианный двухуровневый подход: полностью автономное оружие, которое нельзя контролировать, — запретить; остальное — жёстко регулировать, прописывая правила «значимого человеческого контроля».

Но переговоры могут длиться годами, и не все участники придерживаются одного подхода. А пока международное право не даёт ответа на этот вопрос, страны продолжают гонку вооружений, опасаясь, что тот, кто первым введёт ограничения, проиграет технологически.

Правоприменительная практикаПравоприменительная практика

Описанные выше подходы регулирования ИИ локального, национального, международного уровней будут совершенствоваться годами и десятилетиями по мере совершенствования технологии.

IT-корпорации вовлечены в разработку законов и норм и пристально следят за изменениями. Полноценно оформленное регулирование зафиксирует правила безопасного производства и использования технологии — чтобы ими могли руководствоваться государство, общество и бизнес.

По мере расширения практики применения технологий закон максимально чётко опишет, кто несёт ответственность за нарушения.

Но кто тем временем ответственен за недобросовестное функционирование ИИ?

Последняя практика показывает, что в первую очередь принимаются досудебные или судебные решения о финансовой компенсации за причинённый ущерб. Например, компания Serve Robotics будет обязана восстановить разрушенную её автономным роботом автобусную остановку. Во вторую очередь ответственным определяется руководитель компании, генеральный директор.

В рамках расследования запрашивается исходный код, в соответствии с которым работает продукт. Пока подобные иски только возникают, и правоприменительная практика ещё не сформирована.

Однако отдельного сотрудника компании-разработчика могут привлечь к ответственности только в случае злонамеренного действия. В остальных случаях компания будет выступать первым ответчиком: её продукты могут запретить к использованию, сама компания может быть оштрафована на несколько годовых оборотов. Примерами служат расследования властей Франции и Великобритании в отношении нейросети Grok компании xAI.

Показательны меры, принятые в отношении производителей автономных такси в разных частях мира. В 2023 году автономный автомобиль компании Cruise стал участником ДТП в США: под колёса попал человек, которого сбила другая машина с водителем за рулём, но автономный автомобиль продолжил следование, усугубив нанесённые травмы.

В результате компания была оштрафована на 500 тысяч долларов, а также была вынуждена раскрыть исходный код. В нём были найдены инструкции, грубо нарушающие ПДД.

Кроме того, компания не направила обязательный отчёт в контролирующий орган Национальное управление безопасностью дорожного движения США, пытаясь скрыть информацию. Расследование длилось больше года, и в результате компания не справилась с репутационными рисками и была закрыта.

Другой случай произошёл в Китае. В апреле 2026 года Китай приостановил выдачу дополнительных лицензий всем производителям автономных автомобилей после сбоя на дороге роботакси Apollo Go компании Baidu.

Это означает, что китайские компании не смогут в период приостановки выдачи лицензии пополнять автономный флот новыми автомобилями, не смогут расширять географию работы автономных такси. Для компаний эти ограничения могут стать ощутимыми, так как инвестиции в проект во многом зависят от масштабирования технологии.

Подведём итогиПодведём итоги

В настоящее время ни в одной стране мира нет полноценного вступившего в силу регулирования ИИ и воплощённого ИИ. Заложенные правовые основы будут совершенствоваться по мере развития и внедрения технологии.

Правовое регулирование — живой и многослойный организм. Надо помнить, что есть регулирование разного уровня: национального и международного. Изучать международное регулирование также важно для снятия рисков применения технологии и её развития. Исключительно важно создавать внутренние политики при разработке продукта с ИИ — это продемонстрирует ответственность компании-разработчика, поможет митигировать риски применения продукта пользователями.

Разработка, анализ и следование регулированию требуют больших ресурсов от компаний. Если таких ресурсов нет, обязательно нужно проверить, отвечает ли продукт базовым требованиям безопасности, не нарушает ли ИИ-агент законы о правах человека, персональных данных, о защите интеллектуальных прав, соблюдаются ли требования о трансграничной передаче данных и так далее.

Впереди нас ждут интересные продукты «воплощённого» ИИ, роботы с разнообразными целями применения, а значит, всё более разнообразными будут и казусы реализации этой технологии.

Организация Palisade провела эксперимент, в котором зафиксировала намеренное неповиновение ИИ в робособаке. И в обществе уже возникает этический вопрос: обладает ли ИИ субъективностью, может ли быть независимым актором. Если на этот вопрос ответить положительно, то может возникнуть и уголовный кодекс для ИИ. Но сейчас это футуристичный вопрос.

Более актуален вопрос, насколько гибким должно быть регулирование для ИИ, чтобы не сдерживать прогресс, но при этом обеспечить безопасное внедрение технологий. Каждая страна на него отвечает по-своему, в том числе исходя из своего культурного кода.